Рассказ сестры

Рассказ барышни, которая вспоминает, как по обоюдному согласию секла розгами своего двоюродного брата, пока родители были в отлучке...

Вот этот текст:

«Мне было 13 лет. Я качалась и даже занималась боксом. Порола двоюродного брата Руслана (он на полгода младше меня) по обоюдному согласию. Силы у нас равны, поэтому использовали гимнастического коня. У него папа спортсмен. Родители уехали на неделю и мы, пользуясь случаем, отрывались по полной. Использовали розги, плеть, солдатский ремень, ладонью тоже было... Лупила в полную силу, так что брату было несладко, но он сам хотел. Короче, оба потом долго отходили.

Вот как проходила порка розгами. Я приходила к брату около 8 часов утра, и мы вместе шли к ручью, где росли березы. Там, перебрасываясь шутками, резали охапку березовых прутьев, которые здесь же очищали от листьев. Приносили домой, ошпаривали кипятком, выравнивали и связывали в пучки (получалось шесть – семь «веничков»). Мелкие веточки и почки не срезали. Розги были сантиметров 70 в длину, в пучок связывали по три прутика. Затем их опускали в высокий пластиковый таз с подсоленной водой.

На столик у коня я клала вату, йод, пузырек со спиртом.

После завтрака начиналась игра. Брат стоял передо мной по стойке «смирно», руки по швам, а я ругала его за плохое поведение и приговаривала к порке. В этот раз я назначила ему 25 ударов березовыми прутьями и предупредила, что он ляжет под розги голый. Он только усмехнулся, так как к этому, собственно, и стремился. До наказания я заперла его в ванной, чтобы он, как я сказала, «хорошенько обдумал свое поведение». Несколько раз на протяжении получаса я подходила к двери и даже поворачивала ручку, чтобы Руслан думал, будто я пришла за ним и сейчас отведу его в комнату, где дожидался его конь и мокли в тазу розги. Потом он говорил, что в эти моменты чувствовал, как сосет в животе и быстрее начинает биться сердце. «Вот-вот высекут… Вот-вот».

Наконец, мне надоело мучить брата ожиданием, и я решительно открыла дверь.

- Пора, проказник, - сказала я, как взрослая тетя. – Раздевайся до трусов.

Брат, стесняясь (в последние дни без родителей мы уже совсем не стеснялись друг друга), снял штаны и стянул через голову футболку, оставшись в узких красных плавках, изрядно выцветших на солнце. Я показала ему припасенную веревку, и он протянул мне руки. Я крепко связала ему руки в запястьях и, пропустив вперед, повела на порку. Он шел спокойно и даже невозмутимо, однако пару раз оглянулся на меня и, надеюсь, увидел суровое лицо бескомпромиссной воспитательницы.

Мы вошли в гимнастическую комнату. Посредине возвышался обитый кожей конь, на котором лежали веревки; одна пара ножек была ниже другой, чтобы удобнее можно было расположить тело мальчишки. Справа от снаряда из таза торчали пучки прутьев. Но я решила еще немножко потянуть время и велела Руслану встать на колени на рассыпанный горох. Он поморщился, когда опустился на колени. Так, со связанными руками, в одних плавках, я продержала его в углу минут десять. Затем я приказала ему встать и повторила приговор: «Двадцать пять розог по голому телу за плохое поведение».

Руслан кивнул и подошел вплотную к коню. Я стянула с него плавки и сказала: «Укладывайся!»..."